Результаты выставки фарфора

Творческие эксперименты завода всегда были интересны публике. Поэтому про завод достаточно часто писали газеты и выставки / показы проходили тоже довольно часто, как в Петрограде, так и в Москве.

Но самая первая большая выставка была устроена в Петрограде в одном из дворцов Исаакиевской площади. В анонсе сообщалось, что выставляться будут порадка 2000 произведений, которые затем будут переданы в Эрмитаж.

Экспозиция, открытая 3-его августа 1919 года, оказалась не столь грандиозной – часть выставленного составляли произведения старого низвергнутого режима, а также были представлены около 400 произведений послереволюционных лет.

 

В 1923 году состоялась очередная выставка на большой Выставке художественной промышленности в Москве. Выставка осталась незамеченной и послужила «исходной точкой к выходу России на международную арену с каким- то своим, новым, оформленным революцией лицом», как сказал тогда Я.А. Тугенхольд (Тугенхольд Я. Выставка художественной промышленности в Москве. Русское искусство, 1923, номера 2-3, стр. 101).

 

В году 1921-ом Наркомвнешторг забронировал за собой всю художественную продукцию завода. Последовавшие затем выставки в Лондоне, Ревеле, Стокгольме, Гельсингфорсе, Берлине и Лионе показали, что ГФЗ – не только “экспериментальная лаборатория”, но и выгодное капиталовложение. В 1925-ом году состоялось широкое выступление советского фарфора на Всемирной выстаке фарфора в Париже. Было представлено более тысячи изделий, из которых большинство было явно агитационного содержания. Как уже было сказано, демонстрация советского фарфора получила широкую восторженную прессу, а ведущие авторы – высшие награды Всемирной выставки. Продукция Государственного фарфорового завода заслужила тогда золотую медаль. Позже последовали другие демонстрации на различных выставках, ярмарках, аукционах, выступления в Милане, Брюсселе, и снова большой успех на Международной ярмарке фарфоровых изделий 1928 года в Париже.

 

«За границей громадным успехом пользуется в настоящее время русский фарфор бывшего Императорского фарфорового завода. Он заслонил собой и старый Сакс , и причудливый китайский фарфор […]. Действительно, Императорский фарфоровый завод продолжает выпускать положительно шедевры. Только изменились сюжеты фарфора.» – писали в то время в газетах (Дим К. Фарфор с маркой РСФСР. Эхо, 1922, номер 1, стр 11). В то же время некоторые сюжеты вызывали и раздражение публики. Так, по воспоминанию Е.Я. Данько,

«кучка белоэмигрантов пыталась разгромить витрину советского фарфора в Брюсселе. Этот фарфор стал одним из документов культурного строительства и опроверг бредни белогвардейцев о гибели искусства в советской России» (Данько 1938, стр. 24).

 

Интересно отметить, что творческие центры завода – художественная и техническая лаборатории – до конца 1924 года находились на финансовой дотации Наркомпроса. Государственные затраты были вполне оправданы – они содействовали подъёму искусства, завоеванию авторитета на родине и за рубежом, а затем и получение экономической выгоды полностью оправдало завод и политику Компартии в те годы. Теперь газеты, которые несколько лет назад ругали правительство за поддержку “ненужных и заведомо убыточных” предприятий, признали свои ошибки.

 

Конечно, в годы гражданской войны и восстановительного периода большое значение имел выпуск технической продукции. Это деятельность завода высоко ценилась и, можно сказать, применительно к тому времени, процветала. Однако увеличивался и выпуск художественного фарфора, их соотношение росло в пользу последнего, а к 1924 году почти сравнялось по количеству единиц.

 

В связи с успехом на международных выставках, особенно после международной ярмарки в Париже в 1928 году, ассортимент тиражируемой художественной продукции стал строится с учётом интересов выгодного экспортирования, с учётом спроса заинтересованных фирм.

 

Сначала преимущественный интерес вызывали театральные фигурки Д. Иванова, Н. Данько, некоторые модели из классики XIX века, скульптуры предреволюционных лет Сомова, Кузнецова, и уж вовсе ни с какой стороны не характеризующие настоящей советской скульптуры “русские” фигурки А. Шписа третьей четверти XIX века. В дальнейшем, к концу 20х годов , всё большее внимание иностранных заказчиков привлекали национальные “экзотические” мотивы. В ассортимент выпуска вошли скульптуры Б. М. Кустодиева “Гармонист” и “Плясунья”, некоторые фигурки частных русских заводов прошлого века, “Плясунья” Данько – совершенно различные по характеру и школе пластики, совершенно не дающие представления о новом стиле советской фарфоровой скульптуры 20х годов. Находки пластики первых послереволюционных лет не получили пока дальнейшего развития.

 

Благодаря выставкам, продажам и аукционам, а также очень активной экспортной торговле агитфарфор стал доступен коллекционерам. Крупные собрания появились как в Советской России, так и зарубежом – в Лондоне, Париже, Нью-Йорке. Советский фарфор вошёл в экспозиции крупнейших музеев мира и, таким образом, в историю мирового искусства (Лансере 1974).

 
Источник: www.jamert.eu

Запись опубликована в рубрике Советский фарфор с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.